Irina
не в сети 1 месяц
На сайте с 13.07.2017
Участник
Тем 2
Сообщения 2
10:20

Доктор Q – нескладный, высокий мужчина средних лет – остановился у неприметного двухэтажного дома напротив тёмной двери с белыми цифрами семь и восемь на ней.

– Приморская семьдесят восемь, – сказал он себе, – здесь.
Доктор поставил на ступеньку потёртый саквояж, одёрнул форменный пиджак из дорогостоящей шерстяной ткани, выхватил из кармана широкую чёрную ленту и завязал ею глаза. Ещё немного постоял, привыкая к новому восприятию мира, поднял саквояж и три раза ударил костяшками пальцев в дверь.

Ожидая, реакции, мужчина набрал полные лёгкие воздуха и, сложив губы трубочной, медленно выдохнул.

– Фу-у-у-у-ух.
– Кто там? – спросил не лишённый приятности женский голос.
– Доктор Q. Меня вызывали.
– Да-да, – послышался скрежет ключа в замке, – доктор Ку, мы вас очень ждём.

Дверь скрипнула, стало тихо. Клиенты, хотя их предупреждали, что доктор придёт с повязкой на глазах, всегда замирали в удивлении.
– Проходите. Вам помочь? – услужливо спросила хозяйка.
– Всё вижу, – сердито сказал Q, опасаясь, что его начнут хватать за локти и тащить в дом.
– Да-да, понимаю. Туда, по лестнице на второй этаж, – женщина не верила, что гость видит хоть что-нибудь, и тянула к нему руки, надеясь подхватить, если оступится.

Окружающее пространство менялось, когда доктор надевал повязку. Предметы и люди выглядели плоскими силуэтами цвета дёгтя. Ориентироваться среди них было нетрудно. Опять же, лишние впечатления от дома и его обитателей не мешали предстоящей диагностике.

Доктор Q легко взлетел по ступенькам на второй этаж и на миг задержался у запертой двери.
– Сюда?
– Девочка здесь, – подтвердила едва поспевающая за ним тень хозяйки, – но, быть может, вы хотите поговорить с родственниками?
– Позже. Открывайте. Никому не заходить, пока не позову.

Щёлкнул язычок замка, дверь поддалась, доктор шагнул в комнату. С минуту он стоял, осматривая её внутренним взором, надо было убедиться, что здесь нет никого лишнего.

Прямоугольник шкафа, ещё один – стола, рядом стула. Прямоугольник кровати, треугольник балдахина. Хрупкий девичий силуэт на фоне окна, исчерченного линиями решётки. Судя по росту, пациентке лет одиннадцать-двенадцать.

Доктор убрал с глаз ленту и, сощурившись от яркого солнца, бьющего сквозь пыльные стёкла, ещё раз оглядел помещение. Там, где он чуть раньше видел шкаф, дремал огромный дракон с чешуйчатыми крыльями и зубцами гребня вдоль хребта. На месте стола поблёскивал налитыми кровью глазами кабан, готовый броситься на человека, защищая своего детёныша, который раньше был стулом, стол-бегемот разевал бездонную пасть с цепью редких страшных зубов. На полу вместо ковра извивались сотни змей. Гады дразнили раздвоенными языками и шипели на непрошеного гостя. Около подоконника стояло уродливое существо мало похожее на человека, скорее, на лягушку или обезьяну, если бы можно было представить себе нечто среднее.

– Я прикажу, и они убьют тебя, – сказало существо хрипло.
– Я прикажу, и они уйдут, оставят тебя в покое, – в тон ему ответил доктор.
– Никто не может их прогнать, – сообщило скучным голосом существо, – я – урод и моё место среди уродов.

Мужчина открыл саквояж, поставил его на гнилые доски пола. Перевёл тумблер в нужное положение, настроил параметры поля в соответствии с диагнозом пациентки и пошёл к ней, безжалостно давя тонкие сверкающие причудливым узором тела. Змеи поднимали головы, обвивались вокруг ног Q, старались заползти в штанины. Доктор не обращал внимания на холод, скользящий по коже, шагал вперёд. Уродец прижался спиной к подоконнику и уцепился за грязную шероховатую поверхность перепончатыми лапками.

– Не подходи! – взвизгнул он и затрясся как от удара током.
– Голубушка, милая моя, – заговорил Q по-отечески, – хорошая девочка, кто обижает тебя?
– Нет! Я плохая! Я хуже всех! Уходи, оставь меня!

Атмосфера доброжелательности, которую генерировал саквояж, ещё не достигла пациентки. Доктор замер, распахнув объятья, и ждал.

– Меня никто не любит, – жаловалось существо, сотрясаемое рыданиями, – мама грозится убить меня, папа наказывает, братья смеются, когда мне больно.
Q, увидев, что агрессия смягчилась под действием поля, обнял уродца и стал легонько поглаживать по шишкастой лысой голове.
– Тебя любят, девочка, просто не умеют показать этого. Я их научу.
– Нет! Они не понимают! Они ничего не понимают!
– Да. Это трудно. Каждый хочет, чтобы понимали его, но забывает, что и ему следует постараться понять других.
– Если бы! Если бы они любили и понимали меня, – хныкал уродец, – я тоже хочу… хочу понимать и любить.

Чаще всего, доктору приходилось врачевать именно таких детей. Вернее было бы сказать: лечить их семьи.

Люди стараются сделать ребёнка особенным, необыкновенным, лучшим, и не замечают, как ломают и калечат его.

Q продолжал удерживать в объятьях всхлипывающего лягушонка, похожего на мартышку, краем глаза следил за постепенно угасающей агрессией монстров. Доктор ждал, когда генератор справится с накопившейся за долгое время отрицательной энергией хотя бы наполовину.

Время в доброжелательной атмосфере шло иначе. Минут пять, не больше, стояли обнявшись доктор и пациентка. Шкаф-дракон уснул и не шевелился, даже не дышал, кабан с детёнышем спокойно разгребали пол в поисках пищи, змеи свернулись нарядными шнурами и грелись в бликах, подающего из окна солнечного света, бегемот закрыл пасть-чемодан и отвернулся к стене.

За дверью прошло уже полчаса. Всё семейство столпилось в небольшом коридоре, ожидая, когда доктор позовёт родственников.
– Сколько можно беседовать! – возмущалась мать больной девочки, тридцатилетняя шатенка с бледным лицом и чуть выдвинутым вперёд подбородком.
– Сразу тебе сказал, что идея пригласить этого Ку – полнейший бред, – откликнулся светловолосый жилистый мужчина, её супруг, – надо было довериться официальной медицине.
– Ага! Упекли бы ребёнка на полгода в психушку! Доказывай потом всем, что она поправилась и вышла оттуда здоровой.
– Зато этот тип, по-моему, сам ку-ку.
– Ку-ку, ку-ку! – завопили хором пухленькие конопатые близнецы, подскакивая и хлопая в ладоши.
– Тише вы, неудобно, – быстро взглянув на дверь, попыталась урезонить их мать.
– Что, если это педофил? – мрачно сказал мужчина, – сами же и отдали дочь на растерзание.
– Да я… да я его собственными руками придушу, если он сделает что-то нашей девочке!
– Надо заходить! Больше нельзя ждать!

В это самое мгновение дверь распахнулась, и доктор, на глазах которого не было повязки, сделал приглашающий знак.

Первой зашла мать, она обвела комнату быстрым взглядом и остановила его на девочке, прислонившейся к подоконнику.

– Лола! Какая ты лохматая, неужели нельзя причесаться? Почему постель не заправила? А на полу, что валяется? Посмотри, отец, всё в куче и тетради, и карандаши, и носочки! Разве можно гостей принимать в таком свинарнике? Убить тебя мало, Лола!
– Чего молчишь? – забасил отец, – отвечай матери, негодница. Понимаешь человеческий язык?
– Свинарник! Свинарник, – заливались смехом мальчишки.
Мамаша продолжала поскуливать:
– Не могу же я одна за всеми грязь вывозить! Ты уже взрослая!

Доктор Q отступил вглубь комнаты и наблюдал, как свора страшилищ набрасывалась на пациентку. Походили они на злобных псов: два огромных лаяли и рычали, две собачки поменьше звонко тявкали, подпрыгивая и вертясь вокруг себя. Доктор покосился на прибор в саквояже, тот работал на пределе. Напряжённости поля не хватало, чтобы уравновесить агрессию. «Прибавить или не рисковать? – рассуждал Q, – если генератор сгорит, придётся отдавать в починку, а это две недели простоя. Если же мощности не хватит и лечение не даст результатов – прощай репутация».

– Вот видишь? – обратилась к нему девочка, – я ты говорил, они любят меня. Говорил, могут понять.

Стало тихо, все замерли. Генератор тихо урчал, напоминая мурлыканье довольного кота. Волны сочувствия, благосклонности и доверия преодолели помехи и достигли сердец. Мальчишки угомонились, взяли друг друга за руки и спокойно смотрели на сестру. Отец сжал голову ладонями, покачивался и бормотал что-то себе под нос. Мать бросилась к Лоле, притянула её к себе и запричитала:

– Что ты говоришь, глупенькая, – конечно, любим! Просто мы хотим, чтобы ты была самая красивая, самая лучшая девочка на свете.
– Она красивая, – твёрдо сказал Q, – самая лучшая, не сомневайтесь.
– Прости, Лола. – очнулся отец.
Он тоже подошёл к дочери, обнял и её, и жену. Близнецы подбежали, обхватили всех, негромко повторяя:
– Мы любим тебя, Лола.

Доктор оценивающе оглядел комнату: на паркетном полу ковёр с геометрическим рисунком, в углу разворошённая постель под балдахином, рядом стол с книгами, рисунками и неаккуратными стопками тетрадей, около него стул, завешанный скомканной одеждой. Q обратил свой взор на людей и не заметил признаков прежних уродств. Блондин-отец с волевым лицом и робкой счастливой улыбкой, привлекательная мать, радостно целующая всех детей по очереди, немного растерянные мальчики, не спускающие глаз с разрумянившегося милого лица сестры. Чуть помедлив, доктор захлопнул саквояж, поднял его и пошёл к выходу.

Вслед ему летели слова благодарности, оправдания и заверения. Q не любил эти минуты, спешил покинуть дом сразу после завершения сеанса. Взрослые люди! Вполне приличные, успешные, уважаемые. Почему они готовы любезничать с коллегами и соседями, вежливо говорить с незнакомцами, лебезить перед начальством, но становятся нетерпимыми и злопамятными по отношению к собственным детям? Неужели трудно отыскать добро в своём сердце и дарить его ближним, без помощи чудесной машинки доктора Q?

Пациенты доктора – лишь малая часть, заснеженный ледник на вершине высоченной горы. Они привлекают внимание истериками, депрессиями, попытками суицида, тем самым заставляют близких обратиться за помощью. Но что с остальными? Как быть с детьми, которые сносят унижения, терпят несправедливость, притворяются «хорошими»? Не вырастут ли из них такие же монстры, как их собственные родители?

Нескладный человек в форменном костюме размашисто шагал вниз по улице. Следовало зарядить генератор, пока не поступил очередной вызов. Для этого годился любой спокойный уголок нетронутой природы.

Выйдя к морю, Q опустил саквояж на землю, раскрыл его и щёлкнул тумблером, переводя генератор в режим подпитки.

Лёгкое потрескивание прибора терялось в шуме прибоя, пронзительных криках чаек и шёпоте ветра. Мужчина снял пиджак, постелил его на камни, сел, обхватив колени, и подставил солнечным лучам невзрачное лицо, которое спустя миг украсила блаженная улыбка.

– Хорошо!

Доктор был рад тому, что сумел исцелить Лолу. Из-за таких моментов он не бросал практику. Часто возникало такое желание. А ведь когда-то, ещё юношей, Q изобрёл прибор и надеялся сделать все семьи счастливыми. Мог ли предположить, насколько это тяжёлая работа?

– Держись, девочка! У тебя есть недели две, чтобы окрепнуть. Надеюсь, чудовища не проснутся за это время.

Inna_Gri
не в сети 1 месяц
На сайте с 13.07.2017
Участник
Тем 4
Сообщения 17
21:01

Обычно такой чудесный доктор ещё безногую собачку по дороге спасает.

brombenzol
не в сети 4 месяца
На сайте с 13.07.2017
Участник
Тем 1
Сообщения 3
11:04

Хорошо.
На мой вкус только меньше дидактики от автора нужно, читатель и сам не дурак.

klaps
не в сети 5 месяцев
На сайте с 15.07.2017
Участник
Тем 1
Сообщения 10
21:49

Вещь с большой буквы! Добрая позитивная сказка, продолжайте в том же духе)) респект и уважение.
р.с. - разобраться с буквой Ку или Q - в одной фразе так в другой по другому, немного сбивает
творческого вдохновения.
благодарю

klaps
не в сети 5 месяцев
На сайте с 15.07.2017
Участник
Тем 1
Сообщения 10
21:49

Вещь с большой буквы! Добрая позитивная сказка, продолжайте в том же духе)) респект и уважение.
р.с. - разобраться с буквой Ку или Q - в одной фразе так в другой по другому, немного сбивает
творческого вдохновения.
благодарю

tige_elf
не в сети 2 месяца
На сайте с 12.07.2017
Участник
Тем 2
Сообщения 24
16:20

Определенно плюс. Многих и многих еще предстоит доктору Ку научить не просто любить, но показывать свою любовь. Главное, вовремя задуматься и увидеть себя со стороны. 🙂

agava
не в сети 2 месяца
На сайте с 12.07.2017
Участник
Сообщения 20
18:59

Понятно, о чём разговор примерно с того места, когда "снялась повязка" и появились чудовища. Нет интриги, скукотень. Зарисовка хороша для психологических сказок, где сразу ясна тема терапии.

Тема закрыта. Публикация новых сообщений запрещена.